«Эта работа развивает чувство классовой ненависти».

 Тайлер Дерден

Когда я проводил социологический опрос на тему самых непопулярных профессий, и вариантов, предложенных опрошенными, было столько много, что я порядком задолбался придумывать им какую-либо классификацию. Но что меня поразило больше всего: среди более чем 150 ответов не было варианта почтальон. Так что я посчитал своим долгом рассказать пусть не о самой крутанской, но об одной из самых древних (путаны и политики — вперёд!) профессий. Ещё...

XXI век — век лентяев. Фотографирование никогда не стало бы настолько популярным занятием, если бы не изобрели цифровые фотоаппараты. Морока с плёнками, проявками и неизвестностью результата определённо останавливала многих. Сейчас зеркальный фотоаппарат не роскошь, у каждого второго жижиста есть какой-нибудь Canon/Nikon/Sony и шляясь по городу или приходя на пьянку, они постоянно что-то снимают. Кто-то практикуется, развивается и растёт, кто-то на автоматических настройках ослепляет вспышкой всё живое. И с каждым днём количество свободного места на хардах у фотографов сокращается под натиском объёмного фотоархива. Тут становится вопрос, что делать с фотографиями? Снимать «для себя» это онанизм — фотографии должны видеть люди. Когда фотографы это понимают, то они заводят себе жж, аккаунт на flickr'е или каком-нибудь фотосайте и там выкладывают кучу своих «неожиданно удачных» работ, вызывая волны холиварных войн Canon vs. Nikon и продолжительные задротские базары «ужасная зернистость», «ногу обрезал», «композиция плохая», «пересвет неба», «мне не нравится». Будем честными, это в целом тоже нахуй никому не интересно. А некоторые люди решают зарабатывать на своих фотографиях, о них мы и поговорим. Ещё...

Решил тут накануне НГ в силу неблагоприятного финансового состояния подработать немного, а заодно провести в очередной раз над собой любимым психологический эксперимент.  Не обрисовывая ситуацию в полном объёме по причине сбережения пружин под клавишами клавиатуры, укажу лишь те нюансы, на которых следует сконцентрировать внимание. 

Работа банальная, предновогодняя продажа ёлок. Казалось бы, что тут необычного, нестандартного и сложного, кроме того, что работать предстояло 10 дней без выходных по 12 часов в день?  Это полнейшее заблуждение! Ещё...

Долгожданное лето-2004 наконец накатило огульной волной, и раскрепостило мои тайные чаяния, что скрывались под корой нестерпимого гнета учебы и летней сессии. Я закончил-таки второй курс своего нелюбимого, но полезного института, и, пробухав и протусив непонятно где и как первые две недели лета, решил всё же устроиться на свою первую в жизни работу, а точнее подработку на летний период. Захотелось самостоятельности, хоть никто к этому и не подталкивал — родители по мере возможностей потакали мне во всех моих замутах, и лишь моя идеальная совесть, взращённая ими, не давала мне пуститься во все тяжкие. В то лето цветок жизни моих родителей свился наконец в малопрочную завязь, и он приступил к обдумыванию проблемы своего трудоустройства на лето. Минут 5 пораскинув мозгами, я решил, что париться два месяца в пыльной и душной Москве — бесперспективное для отдыха занятие, и двинул на свою историческую родину — в восточную часть всеми любимого Подмосковья, чтобы по вечерам после трудового будня предаваться гедонистским занятиям на свежем воздухе. Там, на месте, выбирать место работы долго не пришлось, ибо выбора не было вовсе — я подал заявку, и меня взяли сезонным разнорабочим на предприятие, конструирующее и испытывающее диагностические аппараты для нефте- и газопроводов. Ещё...

Какой бы сволочью вы ни были, в вас тоже есть что-то хорошее. 4-5 литров хорошего. Вашей крови. Пункт 15 «Кодекса этики донорства и переливания крови» гласит: «Кровь — общественный ресурс, который должен быть общедоступен». А в нашей стране этот ресурс в настоящее время в большом дефиците. В среднем три донора цельной крови обеспечивают переливание одному реципиенту. Среднее количество доноров в России — 13 человек на 1000. В Москве этот показатель составляет 5,5 человек. В Европе среднее количество доноров — 40 на 1000 человек донороспособного населения. В США — 60 на 1000 человек. У вас есть сомнения насчёт того, стоит ли становиться донором? Сейчас я попробую их развеять. Ещё...

У каждого в гардеробе есть такая категория футболок, которые одевают лишь по специальным случаям. В лучшем случае, эта футболка достанется девушке, чтобы она в ней спала. В худшем — вы оденете её для грязных строительно-ремонтно-уборочно-посадочных работ, чтобы не испачкаться самому, а испачкать её, потому как её совсем не жалко. В этот класс одежды переходят старые выходные футболки, отслужившие свой ресурс; автоматически попадают футболки-призы различных промо акций и футболки-униформы с прежних рабочих мест. (Словосочетание «футболка-униформа» уже указывает на то, что прежнее рабочее место было паршивым ) И вот что интересно, по моим наблюдениям, многие из моих друзей имеют в трудовой биографии тёмное пятно, а в гардеробе — красную майку Студенческого Трудового Отряда. Ещё...

Как неработающему студенту, мне часто не хватает денег. Всегда практически. Были, конечно, мысли найти работу, да такую, чтобы минимум телодвижений и прочих расстройств, но как-то не натыкался. И вот, во время очередной прогулки по некоему ТЦ на Петровско-Разумовской, цепкий взор ухватился за нечто подобное. Стоит балбес, тупо смотрит по сторонам, в руках мобильный телефон. Разве что в носу не ковыряет и в потолок не плюет со скуки. Всё действо происходит в магазине, что забит всяким кино-музыкальным ширпотребом. В кино мы все ходим, в музыке, вроде как, каждый считает, что разбирается. И я, не будучи исключением, решил, что вот она — халява. Стоишь себе или сидишь в тапочках и с телефоном, мол, лениво так смотришь по сторонам, чтобы что не увели, и тыкаешь перстом в стороны: «Это там», «Вам какой? Это за углом» и прочее…  И стрижешь пятнадцать-двадцать кусков деревом 12 раз за календарь. Аминь. Ещё...

Кто же такой АНИМАТОР? Во-первых, это веселый человек, умеющий найти общий язык с другими людьми, психолог, уверенная в себе личность. Без этого в этой профессии делать нечего. Ещё...

Я всегда завидовал людям, которые умеют рисовать. В детстве я истратил десятки банок краски на свои мазилки (а какую-то часть съедал). Любимой темой рисунков была войнушка «наших» и «фашистов», на которых использовалось всего два цвета. Чёрным рисовались немецкие танки со свастиками, солдаты и пушки, красным — советские войска. И красным же дорисовывались потом пулемётные очереди и взрывы. В общем, рисунок можно было назвать законченным где-то в середине процесса рисования, а ближе к концу на альбомном листе уже было просто месиво. Наши всегда побеждали. Не надо только щас про детскую психику, цвета фрустрации и агрессии, иногда я использовал зелёную краску тоже. Просто немцы — это же чёрное, а красная армия — тут уж дураком быть надо. В общем, талант к рисованию не проявился во мне ни в раннем детстве, ни позже. Я тщетно старался поправить результаты с помощью линейки, выходило хреново. И тогда я решил, раз уж я рисовать не умею, то пускай рисуют меня! Ещё...

Я люблю спорить. И не люблю проигрывать в спорах. Однажды на спор мне пришлось устроиться на работу в самую жуткую корпоративную мясорубку современности — в Макдоналдс. Возможно, в этом слове для вас нет ничего страшного. Вероятно даже, что слыша название этой корпорации, у вас возникают приятные ассоциации, а в организме начинается процесс саливации, или, говоря проще, текут слюни. Я отношусь к категории больших нелюбителей Макдоналдса, считайте даже противников, поэтому выиграть этот спор мне было сложно. И интересно. Ещё...